Просмотров: 321

Жру и радуюсь!

Реклама:
Реклама

Зацепила меня тут одна тема, прям за самое «небалуйся».

Пишет, короче, девушка, жалуется что страдает отменным аппетитом.

И всё бы ничего, если бы не окружающая среда.

Которая диктует мол исповедовать воздержание, гонять по тарелке салатный листок и следить за калориями, чтоб они куда не ломанулись.

И плачет девушка, и кручинится милая.

Бо стыдно перед средой за волчий свой аппетит и вид, цветущий и нажористый.

А я-то сообщала неоднократно, что пожрать сама очень приспособлена. Делаю это радостно и без промедления, как только случай выпадет.

Иные едоки еще только к салату принюхиваются, а от меня как от поливальной машины уже суповые брызги во все стороны, и радуга в них отражается.. Словом, я разволновалась, приняла участие в диспуте и отписала три комментария.

Но чувствую — не унялась.

Извергнусь здесь, чего сор из избы растаскивать..

Мама моя, родом из Астраханской губернии, одним из важнейших моих достоинств всегда констатировала хороший аппетит. Она вся булькает от восторга, когда вспоминает эту мою тягу к жизни. Да и папа, потомственный москвич, покушать отличался, и за компанию и сольно. Так что в семье нашей традиции устойчивые, с обеих сторон.

Все, кто попадал к нам в дом – кормились. Что было в холодильнике, в зависимости от социальной эпохи – то и металось на стол. Когда я подросла и ко мне стали захаживать кандидаты – мама их кормила, а мне потом резюмировала. «Хороший парень, приятный. Видела как суп ему понравился?».

Или «Ира, ну ты сама конечно решай. Но он же почти не съел ничего! Что же это за мужик – откуда у него силы возьмутся!» Я старалась ее не слушать, и напрасно. Если у человека нету аппетита на еду, скажу я вам, значит он либо не расходуется, либо подъедает что-то другое. Себя, ближнего, иной допинг.
Потом была эра моих диет.

Мама осунулась поболе моего, и осторожно спрашивала – что ты сегодня не ешь? Она бодрилась и совала в суп цветную капусту вместо картофана. Она тактильно страдала от невозможности достать мороженное из холодильника.

Уже много лет я жру всё, но маму до сих пор приходится успокаивать, когда она тревожно произносит: «Ой. Я не помню – ты это ешь?» и рука ее с какой-нибудь мисочкой застывает над столом.

Ем, мама. Забудь всё как дурной сон.

Загрузка...
Загрузка...

Я обожаю смотреть на азартно и уверенно жрущих людей.

Они излучают редкую радость жизни. И есть шанс, что в другом своем жизненном пространстве они также радостны и жадны.

Не факт, конечно, но шанс есть.
Недавно я была на свидании, и в припадке паники взялась изображать лесную фею. Которая ковыряется вилкой в ризотто и кушает оттуда по одному грибочку..

Вообще-то я не кушаю.

Я сметаю! Но на свидании засмущалась. Результат не заставил себя ждать. Пришлось ходить, почти не касаясь мостовой, не грубиянничать и робко светиться в темноте. Короче – фея расползлась и отхватила себе весь вечер, черт бы ее подрал. И теперь я не знаю – куда ее стерву сбагрить. Придется показать парню свое истинное лицо, сожрав без ножа котлету по-киевски.
Я не сказать что религиозна, но кое-что усекла.

Расскажу как умею.

Вы вот знаете, технологичные мои, что еда была одним из пунктов договора о взаимодействии между Богом и человеком? Ну рай понятно – там можно было всё, кроме яблок.

Однако Ева походу была противницей диет, результат известен – мы тут. Так вот. В послерайском договоре Бог утвердил растительную пищу. Потом, как известно, Потоп приключился в силу известных же причин, и состоялось новая итерация договора. Уже с Ноем и его наследниками. Бог одобрил мясную пищу, при соблюдении некоторых мер безопасности. Договор скрепили радугой – это Бог придумал.

Потому что больше не хотел наказывать Землю за человека. Она была символом, что больше потопа не будет.

Напоминалкой.

Потом, с другими ребятами были дополнительные соглашения, и тоже очень предметные. Всегда речь шла о вполне реальном секторе: земля для жизни, скот для еды, наследники, слава. В тех отношениях все было вполне конкретно, без абстракций, вот что подкупает.
Пища была одним из предметов искушения Христа в пустыне. За трапезой же Иисус рассказал своим — как быть с ним на связи, когда его не будет. Через хлеб с вином.
Мне вот кажется, товарищи, что переподписывать эти договоры, перелицовывать условия, измельчать эту тему несколько за пределами нашей компетенции.

Тема это сакральная, история давнишняя..
Так что в своей жизни, откровенно сказать, жру и радуюсь.

И расходую полученное на милые моему сердцу дела.

И мало того – верю, что именно для этого она и нужна.

Пища.

автор Ира Пэ

Реклама
Реклама

Источник

Работает на Innovation-BREATH